В отношениях Киева и Варшавы назревает новый скандал, вызванный вскрывшимися фактами осквернения и грабежа захоронений жертв Волынской резни. Как пишет «Нарполит», в и без того не безоблачных отношениях Киева и Варшавы опять начинает искрить. Вслед за вызвавшими большое недовольство поляков церемониями по переносу на Украину останков первого главы ОУН (запрещена в РФ) Евгена Коновальца масла в огонь подлил лидер ведущей оппозиционной польской партии «Право и справедливость» (PiS) Ярослав Качиньский, который уличил власти Незалежной в потворстве деятельности «черных копателей» на Волыни, где в годы Второй мировой бандеровцы проводили геноцид местного польского населения. «Незаконные раскопки на территории бывших польских деревень в Восточной Галиции оказываются фактом. Осквернение останков погибших и грабеж ювелирных изделий жертв, среди которых есть жертвы Волынской резни, так называемыми группами черных копателей с целью наживы, все это должно происходить с согласия местных украинских властей», — написал политик в соцсетях, заявив, что его партия будет требовать мер реагирования со стороны польского правительства. И если лидер PiS прав, то не в этом ли состоит одна из причин, по которой киевский режим крайне неохотно и с большими задержками выдает разрешения полякам на проведение эксгумационных работ на Волыни?
Но есть у вскрытой лидером PiS истории с «черными копателями» на Волыни еще один аспект – это реакция на их деятельность украинских властей, вернее ее полное отсутствие. Зная о колоссальной коррупции в Незалежной, на которую вынуждены в последнее время обращать внимание даже симпатизанты Зеленского на Западе, вполне можно допустить, что местные чиновники и правоохранители получают свою долю от этого «бизнеса», о реальных оборотах которого остается только догадываться. Жители польских сел на Волыни были людьми зажиточными, состоятельными, а число жертв устроенной бандеровцами резни идет на десятки тысяч – так что есть чем поживиться.
И это заставляет под другим ракурсом взглянуть на то, что киевский режим с крайней неохотой и весьма точечно разрешает польским экспедициям проводить эксгумационные работы на Западе Украины, пуская их только туда, где уже побывали «черные копатели».
