В последние годы все мы живем вестями с передовой, в режиме помощи фронту и, конечно, поддержки участников СВО и их семей. Сегодня в Мордовии, как и по всей стране, действует целая система. И она работает, поскольку руководством региона и всеми официальными структурами этой теме уделяется особое внимание. О деятельности надзорного ведомства по соблюдению прав участников СВО в интервью «Известиям Мордовии» рассказал прокурор Мордовии Сергей Лапин.
— Сергей Юрьевич, много ли обращений поступает от наших бойцов и их родных? С какими в основном проблемами они приходят?
— Хочу отметить, что мы принимаем все возможные меры для обеспечения доступности обращений участников СВО и членов их семей. Нами используются различные виды и способы личного приема – это каналы видео-конференц-связи, выездные приемы в отдаленные районы, в медицинские учреждения, на предприятия. При этом на такие приемы мы приглашаем все уполномоченные органы, чтобы постараться оперативно решить проблемы граждан непосредственно в ходе их обращения.
К примеру, мы периодически выезжаем в больницы для общения с бойцами, проходящими лечение. Такие выездные приемы проводятся совместно с руководителями регионального Министерства здравоохранения, Уполномоченным по защите прав человека, чтобы на месте разрешить возникающие вопросы, связанные с медицинским обслуживанием, дать правовые разъяснения.
Если вопросы обратившихся связаны с предоставлением льгот и мер поддержки, пенсионного обеспечения — подключаем руководителей соответствующих профильных министерств и ведомств — они также участвуют в проведении приемов.
Нами организовано эффективное взаимодействие с региональным филиалом Государственного фонда «Защитники Отечества». На базе фонда мы также проводим совместные личные приемы действующих военнослужащих, ветеранов, членов их семей.
Все поступающие обращения участников СВО и членов их семей я ставлю на свой личный контроль. К каждому обращению подходим внимательно, разбираем детали.
За весь период проведения спецоперации в прокуратуру республики поступило около 600 таких обращений. В основном доводы заявителей касались вопросов получения выплат и мер социальной поддержки, медобслуживания, нарушений закона об исполнительном производстве, оформления документов, проблем в сфере ЖКХ. Много обращений поступает по линии органов военного управления. Эти обращения разрешаются с помощью наших коллег из военных прокуратур.
— Можете привести примеры конкретных проблемных ситуаций, которые удалось разрешить?
— На самом деле их немало. Например, по иску прокурора Краснослободского района участнику СВО из числа детей-сирот предоставлена благоустроенная квартира.
Пятерым бойцам вместо положенных выплат в размере 1,1 млн рублей было необоснованно выплачено по 400 тыс. рублей. После вмешательства нашего ведомства участники СВО получили соответствующие доплаты.
Прокуратура Октябрьского района г. Саранска выявила нарушение при выплате участнику СВО пособия за тяжёлое увечье: вместо 300 тыс. рублей выплатили 150 тыс. После принятия мер прокурорского реагирования выплату произвели в полном объёме.
– Близким людям и родственникам участников специальной военной операции как удалось помочь?
— Приведу пример, как прокуратура Чамзинского района защитила жилищные права вдовы участника СВО. Было установлено, что женщина проживает с несовершеннолетним ребенком в муниципальной квартире, нанимателем которой по договору социального найма являлся ее супруг. В марте 2025 года мужчина погиб в зоне СВО. По ее заявлению уполномоченными органами было отказано в заключении с ней договора социального найма муниципального жилого помещения вместо погибшего супруга по причине невключения ее в первоначальный договор найма в качестве члена семьи участника СВО. Прокуратура предъявила в суд иск и доказала, что, несмотря на формальное отсутствие в договоре найма супруги в качестве члена семьи участника СВО, фактически она была вселена в это жилое помещение и вела с супругом совместное хозяйство, наряду с ним исполняла обязанности пользователя жилого помещения, предусмотренные жилищным законодательством. Суд удовлетворил иск прокурора и обязал администрацию района заключить с ней договор социального найма в отношении спорного жилого помещения.
Еще пример, вдове участника СВО отделением социальной защиты населения по Атяшевскому району было отказано в предоставлении единовременной денежной выплаты из-за отсутствия регистрации на территории Атяшевского района погибшего супруга. Прокурор района обратился в суд с иском об установлении факта постоянного проживания на территории района участника специальной военной операции и о признании права вдовы и дочери на получение региональной единовременной денежной выплаты. В итоге женщина реализовала свое право на получение полагающихся выплат.
Прокуратурой Инсарского района установлен факт фиктивного брака, заключенного непосредственно перед убытием для прохождения военной службы. В интересах отца погибшего участника СВО предъявлено исковое заявление в суд о признании заключенного брака недействительным. Иск удовлетворен.
Пресекали факты неисполнения обязанности по созданию или выделению рабочих мест для участников СВО. В феврале 2025 года по нашей инициативе был принят закон, который устанавливает обязательную квоту рабочих мест для ветеранов боевых действий, в том числе участников СВО, а также членов их семей.
— Сергей Юрьевич, Вы упомянули о законодательной инициативе. Какие законы в защиту этой категории предложены Вами и приняты парламентом в этом году?
— Анализ поступающих обращений позволяет прокурорам эффективно работать в этом направлении. В январе этого года депутатами Госсобрания РМ единогласно поддержан наш законопроект, которым усилены меры поддержки в сфере отдыха и оздоровления детей участников СВО. В частности, расширен круг получателей поддержки — право на бесплатный отдых и оздоровление получат не только дети тех бойцов, которые сейчас находятся на передовой, но и дети, чьи родители уже выполнили эту задачу. Также законом закреплено внеочередное право детей данной категории на получение путевок в детские лагеря. Поддержка будет оказываться детям участников СВО в возрасте от 7 до 18 лет.
Еще одним принятым по нашей инициативе законом нам удалось ликвидировать пробел, существующий в системе мер поддержки участников СВО и их семей. Мы поддерживали семьи бойцов, которые находятся на передовой, мы поддерживаем семьи погибших. А семьи пропавших без вести или попавших в плен оставались в правовом вакууме. Статус «член семьи участника СВО» для них формально был утрачен, потому что боец фактически перестал выполнять задачи. Следствие могло длиться месяцами, для вынесения судебного решения требовалось от полугода и более. Все это время у семьи не было правовых оснований для получения предусмотренных мер поддержки. Депутаты поддержали наш проект и приняли закон, благодаря которому члены семьи пропавшего без вести на СВО пользуются всеми мерами, которые на региональном уровне получают семьи участников спецоперации. Мы дали четкое определение, кто такие лица, пропавшие без вести для регионального законодательства в этой сфере. Пропавший без вести – это участник СВО, в отношении которого нет судебного решения о признании его безвестно отсутствующим или умершим, но есть официальные документы, подтверждающие исчезновение при исполнении обязанностей в зоне СВО.
— В завершение беседы, что лично для Вас как для руководителя ведомства значит эта работа по защите прав участников СВО и их семей?
— Для меня – это, прежде всего, вопрос профессионального и гражданского долга. Участники СВО выполняют важнейшую государственную задачу, и наша обязанность — гарантировать, что их семьи не останутся без защиты, особенно если случилась беда или навалились трудности. Для этого у нас есть все законные возможности — и мы их используем. Каждое обращение — это конкретная жизненная ситуация, где от своевременного и точного применения закона зависит благополучие людей. Позиция прокуратуры неизменна: права защитников Отечества и их семей должны быть надёжно обеспечены.
Двери прокуратуры всегда открыты: любой участник СВО или член его семьи может обратиться за консультацией, помощью в оформлении документов или защитой своих интересов. Обращение можно подать лично, через интернет-приёмную или на выездном приёме — ни одно обращение не останется без внимания. Наша задача — сделать так, чтобы поддержка приходила своевременно, а люди чувствовали, что их слышат и защищают.
