Неудачный 1915 год превратил тоненький беженский ручеек в полноводную реку, наполняемую сотнями тысяч, а скоро уже и миллионами подданных империи покинувших свои родные места. И всех нужно было накормить, обогреть, дать работу. Осенью 1915 года становится окончательно понятно, что усилиями одного только российского общества, благотворительными компаниями эту проблему не решить, и необходимо принимать меры на высшем государственном уровне.
20 копеек в день на человека
30 августа 1915 г. Николай II утверждает Закон «Об обеспечении нужд беженцев», с включенным в него «Положением об обеспечении нужд беженцев», определивший основные направления государственной политики попечения о беженцах.
Статьей 1 Закона впервые закреплялось понятие «беженец»: «беженцами признаются лица, оставившие местности, угрожаемые неприятелем или им уже занятые, либо выселенные распоряжением военных или гражданских властей из района военных действий, а также выходцы из враждебных России государств».
На законодательном уровне обеспечение материальных и духовных потребностей беженцев возлагалось на уполномоченные государственные и общественные органы (Министерство внутренних дел, Главноуполномоченных по устройству беженцев, губернаторов и градоначальников, земские учреждения, городские общественные управления и местные комитеты).
Из государственного бюджета на «незамедлительное удовлетворение настоятельных нужд» беженцев в августе 1915 года было выделено 25 млн. рублей, но очень скоро стало понятно, что и этой немалой для того времени суммы явно недостаточно.
Законом устанавливался размер полного беженского пайка, составлявшего 20 копеек в день на человека, т.е. в месяц беженец мог получить около 6 рублей на питание и еще 2 рубля «… в городах, пригородах и поселениях, имеющих городской характер» или 1 руб. 20 копеек на одного беженца в сельской местности на наем жилища, его отопление и освещение (т.н. квартирные). А также за беженцами сохранялось право получать и казенный ежемесячный паек, положенный семьям призванных на военную службу.
Высочайше утвержденные в начале марта 1916 года «Руководящие положения по устройству беженцев» наделяли правом на получение продовольственного и квартирного пайка только определенные категории из числа осевших беженцев: а) дети до 14 лет включительно; б) нетрудоспособные; в) один из трудоспособных членов семьи, осуществляющий присмотр за детьми; г) беженцы, принятые на сельскохозяйственные работы. Беженцы, получающие иные заработки, а также уклоняющиеся от приемлемой работы лишались государственной помощи. При этом продовольственный паек выдавался в полном размере только на четырех членов семьи, а на каждого последующего – в половинном размере.
Закон наделял местные комитеты по призрению беженцев правом устанавливать размер пайка, исходя из местных условий (стоимость потребительской корзины, финансовые возможности территории и т.п.).
В Саранском уезде
В Саранском уезде первоначально продовольственный паек выдавался продуктами, остальные виды беженского довольствия – деньгами. На экстренном заседании правления Саранского уездного комитета по призрению беженцев 27 ноября 1915 года большинством голосов было принято решение «…всем беженцам в уезде выдавать паек продуктами. Если же за недостатком лиц не будут иметь возможности выдавать пайки продуктами, то перевести беженцев в те места, где выдача установлена продуктами».
Но к весне 1916 года было признано, что наиболее целесообразной и рациональной формой выдачи всех видов пайков являются денежные выплаты. И 15 марта 1916 года правление Саранского уездного комитета по призрению беженцев своим постановлением от 15 марта 1916 принимает решение выдавать продовольственный паек в денежной форме.
Саранский уездный комитет 23 декабря 1915 года с учетом местных условий установил следующую норму беженского содержания «…на пищу 6 р. в месяц на взрослого человека и 3 р.– на малолетнего, что составит вместе с квартирным пайком сумму 8 р. на взрослого и 4 р.– на малолетнего». Беженский паек выдавался с учетом пособий или каких-либо сумм, получаемых беженцами от благотворительных или национальных организаций, которые должны были учитываться при определении размера государственной помощи. Исключение до весны 1916 года делалось только для семей запасных и ратников ополчения, получавших казенный паёк, что не влияло на размер выдаваемого беженского продовольственного пайка. А в марте 1916 года в сельские и волостные комитеты по призрению беженцев поступило распоряжение Министра внутренних дел о том, что семьям нижних чинов беженский паек должен выдаваться с учетом воинского пособия, которое должно быть вычитаемо из пайка.
В начале 1916 года стремительный рост стоимости жизни вынудил увеличить на уездном уровне пайковые нормы: «…питание – 6 руб. в месяц, квартирные – 2 руб., домашние, религиозные и иные нужды – 2 руб. Всего 10 руб. на человека, малолетние до 5-ти лет –7 рублей».
На минимальном уровне
Весной 1916 года недостаточность казенного финансирования беженских нужд становится все более явственной, что вынуждает местные органы искать способы экономии средств, выделяемых на беженские нужды. И в марте 1916 года Саранский уездный комитет вводит прогрессивное уменьшение пайка в зависимости от состава семьи беженцев «так как в большой семье содержание каждого члена обходится дешевле, нежели в малой»: от одного до пяти человек по 8 руб., 6 чел.– 46 руб., 7 чел.– 52 руб., 8 чел.– 56 руб., 9 чел.– 60 руб., 10 чел. – 64 рубля.
Женщины-беженки, вышедшие замуж за местных жителей, лишались пайка в полном объеме, их детям от первого брака, зарегистрированным в качестве беженцев, выдавался только продовольственный паек, без квартирных и дровяных денег.
Беженцы, сумевшие найти работу и получившие самостоятельные источники существования, также лишались государственного пайка. Не получали беженский паек лица, состоявшие и состоящие на государственной, общественной и частной службе в эвакуированных учреждениях, при условии сохранения за ними денежного содержания. При выдаче пайка должны были учитываться пособия или иные суммы, получаемые беженцами от благотворительных или национальных организаций.
Помимо пайкового содержания беженцы имели право на вещевое пособие. В ноябре 1915 года волостным комитетам было поручено провести обследование нуждающихся в теплой одежде и обуви и организовать снабжение ими за счет ассигнований от губернского совещания по призрению беженцев. Но необходимые для этих целей средства были выделены только в марте следующего года в размере 10 тыс. рублей.
Общая сумма, отпущенная государственным казначейством на оказание помощи беженцам с июля 1915 г. по 1 мая 1917 г., составила более 509 млн. рублей. Но и этих средств оказалось недостаточно для обеспечения, даже на минимальном уровне, потребностей многомиллионной массы.
В течение 1916–1917 годов размеры пайка, несмотря на рост стоимости жизни, оставались без изменений. Между тем к лету 1917 года реальные расходы беженца, в среднем по российским губерниям, достигли 9–12 рублей в месяц на питание и 3–4 рубля на жилье, что обеспечивало потребности беженцев на самом минимальном уровне. Уездные власти и общественность находились в постоянном поиске путей улучшения условий жизни беженцев. Одним из решений виделось предоставление всем трудоспособным беженцам возможности работать и самим обеспечивать свои жизненные потребности. Но и на этом пути обозначились самые разнообразные сложности. Но об этом будет сказано в следующий раз.
Виктор ШАБАЕВ, кандидат исторических наук
