12.6 C
Саранск
Воскресенье, 25 сентября, 2022

«Местные кричали нам: Живые трупы приехали!»: как мордовский спецназ победил наемников Салмана Радуева

 

24 декабря исполнилось ровно 25 лет с момента деблокады отряда мордовского спецназа в Гудермесе. Об этом эпизоде первой чеченской войны знают в основном лишь его непосредственные участники и их близкие. Двадцать бойцов мордовского СОБРа в составе сводного отряда противостояли двум тысячам боевиков, пытавшимся захватить железнодорожный вокзал. О том, как это было «ИМ» рассказал один из героев тех событий, подполковник Александр Журавлев.

«ИМ»: Александр, расскажите, как вообще отряд мордовского спецназа оказался в Гудермесе в 1995 году?

А.Ж.: Приказ о необходимости комплектования группы и последующей отправки ее на Северный Кавказ пришел в октябре 1995 года. Первая чеченская война была в самом разгаре. Мне тогда было 25 лет, я был старшим лейтенантом. Группа из двадцати бойцов мордовского СОБРа вошла в состав сводного отряда, которому была поручена оборона железнодорожного вокзала и комендатуры в Гудермесе. По всей вероятности, политическое руководство страны в то время прекрасно понимало, что боевики попытаются захватить город.

«ИМ»: Вы вообще понимали, куда и зачем вам предстоит ехать?

А.Ж.: Конечно. У нас отряд был очень хорошо укомплектован. Было много офицеров с реальным боевым опытом. И подготовка, которую ежедневно проходили наши бойцы, была на уровне. По этим программам до сих тренируются бойцы СОБРа. И у тех, кто ехал в эту командировку, даже мысли не было о том, что можно отказаться от нее. Многие из нас воспитывались еще в Советском Союзе. И Присяга для нас была не пустым звуком. Хотя, конечно, дома были не в восторге!

«ИМ»: Какая обстановка была в тот момент в Гудермесе?

А.Ж.: Первое, что бросилось в глаза, — отсутствие единоначалия. Наш отряд несколько раз перебрасывали с места на место. То в Грозный, то в Моздок, то в Гудермес. Но в конце концов, было принято решение усилить нашей группой гарнизон местной транспортной милиции. Собственно, именно такая неразбериха, на мой взгляд, стала одной из причин больших потерь в ходе первой чеченской войны. Местное население само толком не понимало, нужны мы им или нет. Доходило до того, что к нам подходили местные дети и кричали: «Живые трупы приехали!». Люди там просто делили бизнес. Нефтяные потоки и тому подобное. Поезда, шедшие в Дагестан, просто останавливали на вокзале и грабили. Местные милиционеры к этому времени уже полгода не выходили на работу. Их только-только начали восстанавливать. С каждым днем атмосфера в городе накалялась. Уже в ноябре наш сводный отряд понес первые потери. Ребята из Карачаево-Черкессии пошли за водой, и на них напали боевики. Расстреляли, забрали оружие и ушли. Незаконные вооруженные формирования в этом районе возглавлял ставший в последствии знаменитым террористом Салман Радуев. Тогда он только начинал свою деятельность, и слаженность своей группы оттачивал именно на нас. Как потом выяснилось, в состав его отряда входили около двух тысяч боевиков. На 14 декабря в Гудермесе были назначены местные выборы. Именно к этому событию боевики и решили приурочить захват города. Террористы планировали захватить вокзал и комендатуру, разоружить нас, взять в заложники, чтобы впоследствии выдвигать политические требования. Конечно, мы прекрасно понимали, к чему все идет, и заранее начали готовиться к обороне вокзала. Сотрудники местного отдела милиции, поняв, куда все идет, просто разбежались. Лишь несколько человек из них примкнули к нашему отряду.

«ИМ»: Сейчас помните день начала боев за железнодорожный вокзал? С чего вообще все началось?

А.Ж.: Еще в ночь с 13 на 14 декабря к нам поступила информация о готовящемся нападении. Поэтому уже к четырем часам утра мы все были на боевых позициях. С утра не работал рынок, местные начали покидать свои дома. Для нас это стало своеобразным сигналом. Рынок – вообще своего рода барометр ситуации в населенном пункте. Если работает, значит, город живет, если нет, значит…

«ИМ»: Со стороны боевиков не поступало предложения сдаться?

А.Ж.: Попытки такие делались, но они быстро поняли, что их предложение нами принято не будет. И начались постоянные обстрелы вокзала и комендатуры. Боевики понимали, что прямой штурм хорошо укрепленных зданий не сулит им успеха. Чтобы ворваться в помещения вокзала, им необходимо было преодолеть 200 метров открытого фронта. А в условиях, когда практически каждый метр открытой площади находится под пулеметным огнем, сделать это практически нереально. И тогда они полностью блокировали вокзал и комендатуру. Десять дней мы вели бои в окружении. С обеих сторон постоянно работали снайперы. Были даже настоящие снайперские дуэли. Из здания местного УФСБ, захваченного боевиками, по нашим позициям постоянно работал пулемет. Но в конце концов одному из наших бойцов удалось подавить это гнездо двумя выстрелами из РПГ. Но самым страшным эпизодом этих десяти дней стал обстрел наших позиций НУРСами. Хорошо, что в этот момент к нам на помощь смогли пробиться ребята из калмыцкого СОБРа. К этому моменту в строю из двадцати мордовских бойцов находилось только пятеро. Остальные были ранены.

«ИМ»: Как в течение десяти дней непрекращающихся боев удавалось поддерживать жизнь раненых?

А.Ж.:  В подвальном помещении для них оборудовали что-то вроде лазарета. В отряде у нас был медик, правда, он по основной специализации был гинеколог. Вот он при свете керосиновой лампы и оказывал помощь раненым. Правда, из-за отсутствия необходимых условий одному из наших бойцов так и не удалось восстановить поврежденную руку. Но хорошо, что все остались живы. И с продуктами не было проблем. Первое время испытывали определенные трудности с водой. Но потом нам удалось сделать несколько вылазок в магазин. Принесли минералку и даже сок, который выдавали раненым.

«ИМ»: Что в итоге произошло с Гудермесом?

А.Ж.: Было две неудачных попытки деблокировать город. А потом боевики просто просочились через блокпосты и ушли в горы. Но уже тогда среди них было много погибших наемников из Грузии, много арабов. И я для себя еще тогда понял, что эта война будет очень долгой и трудной. Наша страна тогда была просто не готова к такому противостоянию.

 «ИМ»: Как сложилась судьба членов мордовской группы после деблокады Гудермеса?

А.Ж.: Практически сразу нас эвакуировали оттуда. Ведь у нас еще во время осады закончился срок командировки. Тогда в Чечню отправляли только на 45 суток. Большая часть группы сразу оказалась в госпиталях. А те, кто остался в строю, начали готовиться к новой командировке на Северный Кавказ. Через некоторое время я уже был в Грозном.

«ИМ»: По прошествии двадцати пяти лет с тех событий нет ощущения, что все было напрасно?

А.Ж.: Нет. Не зря же на торжественном собрании по случаю Дня Сил специальных операций, куда я был приглашен, Верховный главнокомандующий отметил, что именно силовой блок не допустил тогда полного развала страны. И честно тебе скажу: если бы сейчас такое случилось, я бы снова поехал туда! 

Андрей Елистратов

Поделиться
-

Новости партнеров

spot_img
spot_img

Последние новости